В России в отвалах старой золотодобычи, по экспертным оценкам, находится от 5 до 10 тысяч тонн золота. Для сравнения, вся мировая добыча золота в 2024 году составила около 3,1 тысячи тонн. Несмотря на колоссальный экономический потенциал и истощение традиционных россыпей, эти запасы десятилетиями остаются в «замороженном» состоянии из-за несовершенства законодательства и административных барьеров.
История вопроса уходит корнями в советское прошлое. В 1970–1980-е годы в крупнейшем золотодобывающем объединении СССР «Северовостокзолото» был разработан и успешно применялся метод разведочно-эксплуатационных полигонов (РЭП). Его суть заключалась в совмещении разведки и добычи на уже отработанных участках или техногенных отвалах. Методика доказала высочайшую эффективность: за период с 1972 по 1992 год 38–42% всего золота, добытого на Колыме (453–488 тонн), было извлечено именно этим способом из техногенных объектов и неучтенных запасов.
Проблема назрела после того, как в 2016 году Федеральное учреждение «Росгеолэкспертиза» выпустило письмо за подписью В. П. Полеванова (№ ЛЛ-02/2233 от 18.08.2016). В нем предписывалось приравнять любые проявления россыпного металла, включая техногенные образования, к обычным месторождениям. Это означало, что для начала работ на старом отвале теперь необходимо пройти полный трехлетний цикл геологического изучения: разведку, подсчет запасов, защиту их в государственной комиссии (ГКЗ), разработку и утверждение технического проекта. Стоимость такой процедуры оценивается в 40–50 млн рублей, что делает нерентабельной отработку большинства мелких техногенных объектов.
Почему законы работают против экономики
Основная правовая коллизия заключается в том, что современное законодательство не делает существенного различия между первичным месторождением и техногенным образованием.
Федеральный закон № 343-ФЗ (2022 г.) и подзаконные акты, а также разработанный Роснедрами «Порядок добычи полезных ископаемых из отходов недропользования» не создали упрощенного механизма. Они фактически приравняли отвалы к месторождениям, требуя для них полного цикла дорогостоящих подготовительных работ.
В российском законодательстве до сих пор нет четкого определения понятия «техногенные россыпи». В 2010 году именно это стало формальным поводом для отклонения Госдумой законопроекта, подготовленного Магаданской областной Думой. Разные ведомства используют противоречивые трактовки, что создает поле для административного произвола.
«Задача регулятора – в создании стимулирующих условий для развития отрасли. Тем более что недропользователи-россыпники могут в наше непростое время дополнительно наполнять бюджеты всех уровней и содействовать социальной стабильности в регионах», – подчеркнул Анатолий Широков.
Методика геологического изучения, разработанная для цельных месторождений, неприменима к перемешанным отвалам, где не действуют природные закономерности распределения золота. Как отмечает председатель Союза старателей России Виктор Таракановский, единственный достоверный метод оценки – это пробная промывка (РЭП), которая сейчас вне закона.
Экспертные мнения: отрасль в состоянии кризиса
Мнение представителей отрасли и региональных властей едино: текущее регулирование губительно.
Анатолий Широков, председатель Магаданской областной Думы, предлагает вернуть метод РЭП в правовое поле и запустить пилотный проект в Магаданской области, что может дать дополнительно 4–5 тонн золота в год (прирост 30%) и 8 млрд рублей налогов только для региона.
Советник председателя Союза старателей России П. Д. Луняшин подчеркивает, что минерально-сырьевая база традиционных россыпей практически истощена, а техногенные запасы оцениваются в 2,5–3 тысячи тонн.
При этом на государственном балансе сегодня учтено лишь 48,3 тонны в 30 техногенных месторождениях. Он предлагает конкретный путь: внести изменения в ст. 29 Закона «О недрах», разрешив попутную добычу при разведке, и отменить обязательную госэкспертизу запасов для техногенных объектов.
В подборке материалов журнала «Золотодобыча» документально показана многолетняя борьба отрасли с регулятором. История повторяется: обращения регионов и отраслевых союзов, временные полумеры (вроде ежегодно продлеваемых разрешений на Опытно-промышленные работы – ОПР), но кардинального решения нет. Это создает «нервозную обстановку» и не позволяет предприятиям планировать деятельность.
Триллионы в тупике
Цифры, которые называют эксперты, показывают, что речь идет не о точечной проблеме, а о вопросе стратегического значения для экономики депрессивных регионов и страны в целом. Полное вовлечение техногенных запасов могло бы дать прирост ВВП порядка 2 трлн рублей и около 300 млрд рублей налоговых поступлений (примерно 20 млрд рублей ежегодно).
Помимо прямых финансовых вливаний, это тысячи рабочих мест в моногородах и сельских поселениях Дальнего Востока и Сибири. Для Магаданской области с населением около 140 тыс. человек реализация пилотного проекта означает трудоустройство еще 2 тыс. человек. Техногенные объекты, в отличие от новых месторождений в глухой тайге, расположены в районах с уже развитой энергетикой, дорогами и перерабатывающей инфраструктурой, что значительно снижает капитальные затраты.
Пути решения: что предлагает отрасль
Предложения отраслевого сообщества, сформулированные Союзом старателей России и поддержанные региональными властями, носят конкретный характер:
- Вернуть метод РЭП в правовое поле, закрепив его в методических докуменах.
- Разрешить добычу на техногенных объектах в границах действующего горного отвода без проведения геологического изучения и установления кондиций.
- Ставить запасы на оперативный учет по факту добычи с последующим списанием.
- Отменить требование обязательной государственной экспертизы запасов для техногенных образований.
- Предоставлять права на отработку таких объектов без аукционов действующим предприятиям, обладающим необходимой техникой и компетенциями.
Проблема разработки техногенных месторождений золота в России – это яркий пример того, как негибкое, излишне бюрократизированное регулирование блокирует огромные экономические возможности. Золотодобывающая отрасль, которая могла бы стать драйвером роста для восточных регионов и источником пополнения федерального бюджета, годами находится в состоянии правовой неопределенности. Разрешение этого тупика требует не новых запретительных мер, а диалога между регулятором и производственниками, а также политической воли для внесения точечных, но критически важных изменений в законодательство о недрах.
текст: Юлиана Кравцив, Сергей Петров, фото: пресс-служба Магаданской областной Думы